ЦСКА второй год подряд взял Кубок Гагарина, в чём немалая заслуга тренера по нападающим Равиля Якубова. Специалист, который до прихода в ЦСКА трудился в тренерском штабе «Витязя», «Нефтехимика» и родного московского «Динамо», работает в «армейской» команде уже пять лет. За это время Якубов завоевал три трофея фактически за четыре розыгрыша Кубка Гагарина (один розыгрыш был досрочно завершён из-за пандемии коронавируса).
В минувшем сезоне армейцы стали вторыми по заброшенным шайбам в регулярном чемпионате и первыми в плей-офф. Этих показателей команда достигла благодаря работе Равиля Якубова, который 26 июля отпраздновал своё 53-летие. Metaratings.ru поздравляет тренера с днём рождения и публикует его большое интервью.
Двукратный чемпион СССР и двукратный чемпион России как игрок, трёхкратный обладатель Кубка Гагарина как тренер, в большом разговоре рассказал:
— Равиль Амирович, как оцените прошедший сезон? Можно ли назвать его безупречным?
— Сезон сложный: не знаю, была притирка или что-то ещё, но были как провальные игры, так и успешные. К плей-офф мы, на мой взгляд, подошли в хорошем состоянии: как физическом, так и психологическом.
— У команды было нестабильное начало регулярного чемпионата. Чем это можно объяснить?
— Много причин, в том числе внутренних, о которых уже нет смысла говорить. Травмы сыграли свою роль, да и мы давали шанс большому количеству молодых игроков, которых хотели проверить в КХЛ. Ветераны наши тоже молодцы — в нужный момент собрались и здорово сыграли.
— Сильно ли изменился ЦСКА по сравнению с периодом, когда команду возглавлял Игорь Никитин?
— Конечно, разница есть. При Никитине команда была более прагматичной, что сейчас видно на примере «Локомотива». Основная задача — чёткое выполнение всех тренерских установок и заданий. Сейчас же Сергей Викторович [Фёдоров] даёт больше свободы на льду, чтобы игроки смогли проявить себя.
— Тяжело сказать, какой подход эффективнее. Необходим симбиоз игры в обороне и построения в атаке: раскрепощённость, которая сейчас имеется, должна пересекаться с обороной. Сильные стороны есть у всех, есть возможность проявить их, но играть в обороне должен уметь каждый.
— Насколько изменился Сергей Фёдоров за два года работы?
— Он учится, развивается, прислушивается к нам. Проповедует свои вещи, с которыми мы соглашаемся или начинаем спорить. Бывает всякое.
— К плей-офф ЦСКА подошёл в хорошем состоянии, но последовали сразу две семиматчевые серии. Что случилось?
— Первые две серии мы должны были сыграть поровнее. Возможно, что раньше мы бы не довели серию до семи матчей, ведя 3-1. Но, как и говорил, бывает всякое.
— Ожидали от «Северстали» такого сопротивления?
— Готовы не были. На мой взгляд, в планах команда, которая заняла второе место в чемпионате, должна была сыграть получше. Но при этом стоит сказать, что в спорте нет такого понятия, как «должна». «Северсталь» мне понравилась, но с нашим составом, потенциалом, мы могли сыграть в разы лучше.
— Чем удивила команда из Череповца?
— Неожиданных вещей не было. Они были неудобным соперником для нас и в чемпионате. В серии с ними у нас была уверенность, что мы их дожмём. Это не недооценка соперника, а именно психология — в голове сидело, что мы победим. Дожали, конечно, но какой ценой.
— Ярослав Дыбленко в интервью нам сказал, что команда Андрея Разина играла в хаотичный, непонятный хоккей. Ваше мнение?
— Я бы так не сказал. Организованная команда, со своей структурой игры и неплохими исполнителями. У них всё залетало в наши ворота. Не умаляю их достоинств ни в коем случае — быстрая команда, которая хорошо сыграла в обороне.
— Не показалось, что «Локомотив» Игоря Никитина прошли относительно легко, хоть и сыграли семь матчей?
— Мы знали, что серия окажется тяжёлой, и легко пройти не получится. Знали, чего ожидать от соперника. Я лично ожидал, что серия окажется длинной: возможно, не семь матчей, но шесть — точно.Наша команда, на мой взгляд, обладает уровнем выше, что и сказалось на серии. В седьмой игре ребята настроились и отступать было некуда. Вот и результат — 5:0 в решающем матче.
— Какой соперник оказался тяжелее в своей конференции? Как перестраивались в серии с Череповцом?
— Более агрессивно начинали играть. Порой давали сопернику сыграть по их плану, однако потенциал, уровень и наше мастерство — выше «Северстали». За счёт самоотдачи, характера они составили нам бой.
— СКА доминировал в регулярке, выиграв Кубок Континента. Реально ли бороться с их остро атакующим хоккеем?
— Не хочется говорить о СКА: как и у всех, у них есть свои проблемы. Есть мощь, но во главе всегда стоит результат. Раз ЦСКА выиграл Кубок, значит, в этом сезоне мы были сильнее. СКА здорово сыграл в регулярном чемпионате, но я не скажу, что они прошлись катком по всем. У нас было шесть очных встреч — и результат ничейный, но они забрали одну игру в овертайме. Поэтому, если брать по очкам, то мы выше.
— СКА в регулярном чемпионате и плей-офф — разные команды по мощи?
— Практически одно и то же. В плей-офф большая ответственность, вот и всё.
— Один из факторов победы — удалось вывести лидеров питерцев из игры?
— Возможно. СКА не уступил нам в характере, если, например, вспомнить предпоследнюю игру в Питере — столько потасовок и стычек было.
— Дыбленко говорил, что ЦСКА просто забил свои моменты, чего СКА не хватило. Согласны?
— Возможно, так и есть. Мастерство наших игроков позволило нам забить.
— Есть мнение, что игрока трясёт до матча, а тренера — всю игру. Так ли это?
— В моём случае да. Игрокам в психологическом плане проще: есть возможность выпустить пар, находясь на льду. Тренеры на лавке в другом состоянии, и всегда надо себя контролировать.
— Как приходилось менять игру в финале с «Ак Барсом»?
— Тактически изменились, упростили игру, чтобы избежать любых ошибок. В финальной встрече это сработало, хотя стоит отметить, что «Ак Барс» сыграл самоотверженно, как и «Локомотив».
— Ведя в финальной серии 3-1, не было дежавю от прошлогоднего финала с «Металлургом»? Тогда вы совершили камбэк.
— Нет. Был определённый момент, когда «Ак Барс» начал играть жёстко, в тело, без прокатов. Возможно, это стало неожиданным для нас, но мы собрались, стали отвечать тем же. Произошла борьба характеров.
— Можно ли сказать, что в финале уже играли две стилистически похожие команды?
— Конечно. Цена ошибки возросла, мы старались играть от простоты. Проигрывая в последней игре 0:1 и 1:2, не бросили играть. Как мы всегда говорим ребятам — делайте простые, правильные вещи. Вспомните гол Владислава Каменева, когда Сергей Плотников обокрал соперника: если бы он сыграл проще, то ничего не было. Хоккей — это ошибки, ничего страшного.
— Было ощущение, что «Ак Барс» в определённый момент переигрывает?
— Нет. Игра в неравных составах, например: не скажу, что в большинстве у нас было всё идеально, но мы хорошо сыграли в меньшинстве. Удалось закрыть мастеровитых ребят из Казани. И вообще, если ты умеешь обороняться — это большой плюс.
— «Ак Барс» остаётся фаворитом предстоящего сезона, с учётом подписаний?
— Конечно. Зинэтула Хайдярович [Билялетдинов] — приверженец строгой дисциплины, игры в обороне, последовательных действий на площадке. При тех заданиях, которые он даёт в обороне, я считаю, что это правильно.
— Если подводить черту — уровень хоккея в КХЛ падает или растёт?
— С отъездом легионеров уровень упал.
— Пять иностранцев в КХЛ — лучше трёх? Или, возможно, стоит вообще убрать лимит на легионеров?
— Хватало и пятерых. Будет больше — наши ребята не будут расти, да и есть потолок зарплат. Не все могут позволить себе дорогих легионеров. Почему я говорю, что мне понравилась «Северсталь»: команда с небольшим бюджетом, в которой Андрей Разин здорово сработал. Работать с мастеровитыми хоккеистами — это одно, а другое — научить пацанят играть качественно и эффективно.
— Меняется ли тренировочный процесс за последние лет десять?
— Раньше не было таких больших теоретических занятий, как сейчас. Сейчас мы больше инструктируем игроков. Раньше весь тренировочный процесс записывали в блокнот, сейчас всё в компьютере, и можно легко всё проанализировать.
— Современный хоккей обязывает подстраиваться?
— Не обязывает, а просто необходимо учиться, чтобы быть в тренде, да? (улыбается) Поэтому просматриваешь игры НХЛ, матчи чемпионата мира, отмечаешь, кто и как играет.
— Следили за прошедшим чемпионатом мира?
— Смотрел, но не всё. Определённые моменты бросались в глаза, хотя не назвать их новшеством. Например, были моменты у североамериканцев, когда защитники подключались в атаку. Их активная игра почти всегда показывала, что четвёртый игрок на площадке подключается в нападение. Здесь важно понимать, каким составом владеет тренер и способен ли он использовать эту фишку на льду.
— Насколько меняется хоккей из-за уменьшения площадок? В Лиге есть как канадский размер, так и финский.
— То, что ушли от больших аэродромов, плюс. Оптимальный вариант — это финская коробка. Мне кажется, у всех должен быть единый вариант.
— Сейчас в хоккее много агентов. В девяностых, как говорят, их роль выполняла братва. Не сталкивались с этим?
— Со мной — точно не было. Если хоккеист из себя что-то представляет, то он не затеряется. Агент может быть помощником, когда ты только начинаешь свой путь, или на закате карьеры поможет устроить в приличный клуб, чтобы подзаработать.
— Сейчас в 20 лет хоккеисты способны зарабатывать десятки миллионов. Не слишком ли большие деньги крутятся вокруг молодых игроков?
— Если это талант, как Кирилл Капризов, и он заслуживает, то почему бы и нет? Он заслуживает это благодаря таланту и трудолюбию, иначе он просто уедет. Если зарплата искусственная, то мне это не нравится.
— Помогаете молодым хоккеистам советами, в том числе финансовыми?
— Финансовыми точно нет — это их деньги, сами распоряжаются. У них есть агенты, может они и помогут. Я посоветую только в спортивной сфере. С молодыми больше про психологию разговариваешь. Чтобы не было боязни, волнения — по этим темам я дам совет.
— Почему у нас так мало молодых тренеров?
— Из-за результата. Руководство не рискнёт доверить команду молодому специалисту, от которого будет ждать полуфинала или финала конференции, как минимум. Разные причины могут быть, например, из-за отсутствия исполнителей. Скажем, не будет мастеровитых исполнителей — придётся брать молодых игроков, но тогда надо давать карт-бланш, время и ждать. На это не все пойдут.
— С какими трудностями вы столкнулись, когда начинали работать тренером?
— Когда попадаешь тренером к ребятам, с которыми ты играл, надо сразу пресекать панибратское отношение. У меня были хорошие наставники — Владимир Вуйтек, Сергей Голубович, от которых я впитывал много информации. Мне повезло, что я работал с людьми, которые в хоккее были давно. Поработай я с Зинэтулой Билялетдиновым, то получил бы большую школу знаний.
— У того же Никитина, например, я многому научился. У него есть свои взгляды на процессы, он уверен в своих действиях и никогда не распыляется, так скажем. Много провокаторов на пресс-конференциях его спрашивают — а почему вы не меняетесь? Если то, что он делает, приносит результат, зачем меняться? Я считаю, это очень хорошее качество.
— Какие у вас тренерские принципы в работе?
— Практически всегда после игр Владимир Вуйтек не заходил в раздевалку. Не было эмоциональных высказываний и всего в этом роде. Он мне сказал, что был случай, когда ошибся и просто отчитал игрока. Ему пришлось извиняться, и чтобы не было подобных моментов, лучше остыть и спокойно проанализировать. Для меня это было одним из уроков тренерской жизни.
— У вас были похожие ситуации?
— Да, но, к счастью, я ничего не высказывал игроку. Видеопрограммы помогают, потому что можно сразу всё отсмотреть и удостовериться в своей правоте, или наоборот.
— Есть ли у вас амбиции стать главным тренером?
— Если были бы предложения, я бы их рассмотрел. Интересно попробовать себя в этом направлении.
— Какие у вас цели сейчас, когда за плечами успешная карьера игрока и три Кубка Гагарина за четыре последних розыгрыша с ЦСКА?
— Никогда не устаёшь выигрывать. Мне посчастливилось выиграть с московским «Динамо» четыре чемпионства — может быть, повезёт достичь такого результата в качестве тренера?
— Блиц. Лучший партнёр?
— Был у меня партнёр по звену — Роман Ильин. С ним у нас хорошо получалось, как мне кажется.
— Самый неудобный соперник в прошедшем сезоне?
— Из четырёх игр с «Северсталью» в регулярном чемпионате мы выиграли лишь одну.
— Самая странная хоккейная традиция?
— Есть хоккеисты, которые макают клюшку в мусорку. Это делают, когда идёт голевая засуха.
— Лучший игрок КХЛ прямо сейчас?
— Это игрок ЦСКА, но я не хотел бы называть его фамилию.
— Ваш самый памятный гол?
— До сих пор помню, как играли суперсерию с «Динамо» против «Нью-Джерси». Мы вышли «2 в 1» с Андреем Ломакиным: он отдал мне пас с другого фланга, и я забил. Тогда мне казалось, что это вау.
— А драка?
— В Северной Америке меня товарищ, который был тафгаем, учил, как схватиться за соперника, чтобы не получить тумаков. Приехав туда, я понимал, что не подготовлен к этому. Сейчас драки в Северной Америке — это не то, что было в девяностых.
— В чём сила хоккея?
— В том, что он вызывает большой интерес. Для меня это любимая работа. Я взрослею, но постоянно общаюсь с молодёжью. Не все из молодых простые по характеру, но каждый уникален. Они знают себе цену.
